Как PINK FLOYD строили «Стену»? После записи

Столь впечатляющее полотно, как «Стена», безусловно требовало соответствующего театрального и кинематографического воплощения. Постановка рок-оперы на сцене далась Уотерсу нелегко. Извечное стремление группы к совершенству в сочетании с максимализмом Роджера требовало немалых затрат. Ведь представление включало в себя и создание гигантских надувных марионеток, и полет радиоуправляемой модели истребителя, врезающегося в сцену, и главное — постройки самой настоящей стены высотой свыше 12 метров из больших легких белых кирпичей.

Расходы можно было бы окупить с лихвой, если бы PINK FLOYD дали это представление на привычных стадионах. Однако Уотерс, как основной автор «Стены», отверг эту форму выступлений, ведь сам альбом и задумывался во многом как выступление против «стадионного рока». Более прагматичные коллеги пытались выразить непримиримому Уотерсу свое «Фе!», но, как сказал сам «диктатор», «духу у них на это не хватило». Поэтому-то в начале 1980-х годов было всего шесть представлений «Стены» (в США, Англии и ФРГ), от которых сами «пинкфлойдовцы» не получили практически ни гроша.

Осенью 1981 года пришло время и киноверсии. И опять-таки PINK FLOYD повезло. Снимать фильм вызвался давний поклонник группы и к тому времени достаточно знаменитый режиссер — Алан Паркер. Впрочем, его имя так и не смогло убедить ни одну английскую кинокомпанию спонсировать выпуск этого исключительно музыкального фильма, лишенного привычного поступательного сюжета и связующих диалогов. Пришлось обратиться в Голливуд.

На роль Пинка Паркер неожиданно выбрал не Уотерса, и даже не профессионального актера, а популярного в то время панк-певца Боба Гелдофа. Сперва Гелдоф отнесся к этой затее с изрядной долей сарказма и даже обозвал произведение Уотерса проявлением «левизны миллионера с нечистой совестью». Но ради уважения к Паркеру и немалого гонорара все-таки согласился полицедействовать в шоу «старых маразматиков». Во время работы над фильмом мнение Гелдофа о «Стене» стало разительно меняться. Он сказал, что «Стена» заставила его «заглянуть в такие глубины подсознания, которые обычно недоступны». А во время работы так вжился в роль, что заметил, что действительно стал ощущать в себе «злого маньяка, помешанного на мании величия». Гелдоф так вдохновенно играл роль, что во время сцены погрома в номере отеля действительно поранил руку, срывая жесткие жалюзи, но доиграл до конца.

Фильм вышел в 1982 году и произвел на многих зрителей неизгладимое впечатление. К прекрасной музыке, талантливым стихам и потрясающей мультипликации Скарфа наконец-то был дан связный, убедительный и достаточно адекватный видеоряд. После фильма Паркера к «Стене» было уже трудно что-либо добавить.

Конечно же, Уотерс остался недоволен и в ряде моментов с ним можно согласиться. Роджер говорил в интервью: «После того, как все было сведено воедино, я просмотрел фильм целиком. Когда я посмотрел все тринадцать катушек подряд, то почувствовал, что ленте не хватает подлинной динамичности. Фильм, похоже, начинал бить вас по голове в первые десять минут и продолжал бить до самого конца; плавных переходов там не было. Но самая серьезная критика с моей стороны должна быть высказана — хотя я думаю, что Боб Гелдоф сыграл свою роль отлично, а Алан Паркер снял картину как настоящий мастер, — в адрес Пинка. Наконец я понял, в чем загвоздка: меня не интересовал этот персонаж, я не сопереживал ему ни капельки… Если вам наплевать на Пинка, то вам безразличны и его соображения о тоталитарной природе создания рок-идолов… или даже об отце, погибшем на фронте… Но если я иду в кино, а меня не трогает ни один персонаж фильма, то это — плохой фильм».

Действительно, фильм вышел излишне напряженным и психологически надрывным. Он действительно полтора часа лупит зрителя кувалдой по голове. Но, тем не менее, я ответственно готов заявить, что «Стена» А. Паркера — самая впечатляющая, талантливая и адекватная экранизация рок-произведений из всех виденных мною.

А что до сопереживания герою… Сейчас, когда «Стена» уже пережила чересчур прямолобое антивоенно-антифашистское прочтение, становится ясным основная суть альбома. Дело в том, что это — альбом ЭГОИСТА, ЭГОИСТИЧЕСКИЙ альбом. Ведь каждый из нас так или иначе знаком со Стеной Пинка — Стеной, которой «маленький человек» (а все люди в глубине своей души «маленькие») защищается от давления извне, Стеной, которая в итоге задушит человека изнутри.

Последствия подобного строительства могут быть самые непредсказуемые. Уотерс ассоциировал фашизм с институтом рок-идолов, доведя до логического конца эксперименты Джима Моррисона с толпой и намек Дэвида Боуи о том, что «первой рок-звездой был Гитлер». Но это лишь одна сторона медали.

Признайтесь, вам разве никогда не хотелось сделать то, что сделал Пинк? Никогда не хотелось уничтожить то, что раздражает, насладиться властью над толпой, пытаясь задавить свои комплексы? Вспомните американский фильм «С меня хватит!» или российского «Брата». Неужели вы не сочувствовали их героям? Фашизм (в самом глобальном смысле этого слова) не берется из ниоткуда. «Гитлеры» и «Наполеоны» сидят в душе каждого из нас. И чтобы не допустить их рождения на свет, надо ПОНЯТЬ «Гитлера», понять мотивы и причины его поступка. Мне кажется, об этом и пытались сказать нам Уотерс, PINK FLOYD, Скарф, Паркер и все, кто выстроил и разрушил «Стену». Боюсь, эта рок-опера не скоро устареет… Еще несколько интересных фактов из истории «The Wall»:

Самой знаменитой песней «Стены» стала «Another Brick in the Wall (Part 2)». Впервые в истории PINK FLOYD нарушили свой принцип «не крошить альбомы на хиты» и издали эту песню на отдельном сингле, что предварял выход альбома. Популярность песни с детским хором, изрекающим «Учителя, оставьте детей в покое!» была столь широкой, что в ЮАР ее стали использовать как гимн в борьбе с апартеидом (в результате южноафриканским властям пришлось ее даже запретить).

Сам детский хор Уотерс отыскал неподалеку от студии — в Излинтонской школе. Когда учитель музыки услышал текст, он посерел, но Роджер сказал, что в обмен на хор он разрешит школьному оркестру бесплатно записаться в студии PINK FLOYD. Позже пресса подняла шум, что детям за запись ничего не заплатили. Уотерс тотчас дал школе деньги на музыкальное оборудование, а каждому ученику бесплатно вручил по экземпляру «Стены».

Помню, как в свою бытность учителем биологии я попросил старшеклассников поставить по школьному радио эту композицию как поздравление мне ко Дню Учителя. Композицию почему-то не нашли, и судя по всему шутки не поняли…

Кстати, в начале вышеуказанной песни сквозь вертолетный шум слышится выкрик «You! Yes, you! Stand still laddy!» («Ты! Да, ты! А ну стой где стоишь!»). Мне (и не только мне) в детстве постоянно слышалось нечто другое — казалось, что кто-то на ломаном русском языке кричит «Эй! Я здэсь! Там дэло есть!».

В фильме Паркера учитель отобирает у Пинка стихи, которые он писал на уроке, и издевательски зачитывает их всему классу. Поклонники PINK FLOYD c легкостью узнают в этих стихах первые строчки «Money» — хита группы 1973 года.

Вторая часть концерта «The Wall» открывалась композицией «Hey You», когда вся группа была уже скрыта Стеной. Ошеломляющий эффект достигался тем, что песня начиналась неожиданно, в конце антракта, когда в зале еще горел свет.

В кинофильме Паркера роль скинхедов, возглавляемых Пинком, сыграли… настоящие скинхеды из восточных районов Лондона. Во время сцены побоища с полицией они так увлеклись, что забыли, что перед ними не ненавистные «фараоны», а переодетая съемочная группа! Еле разняли… Мало того, разработанные Скарфом «молоткастые» эмблемы стали так популярны, что их можно было обнаружить в нацистких лондонских «граффити».

Последнее представление «The Wall» Уотерс поставил самолично в 1990 г. в Берлине, собрав многих рок- и поп-звезд и приурочив событие к падению Берлинской стены. Интересно, что маршевый оркестр Советской Армии исполнил на этом шоу композицию «Верните парней обратно домой!».




Отзывы и комментарии
Ваше имя (псевдоним):
Проверка на спам:

Введите символы с картинки: